Официальный сайт некоммерческого партнёрства "ОДРИ"
EmailTwitterFacebook
formats

Смирницкая Ольга Александровна о 70-летии дипотношений с Исландией и чувстве почти родства с этой, казалось бы, такой далекой от нас страной…

Выступление  Ольги Александровны Смирницкой — Кавалера Ордена Сокола , доктора  филологических наук, профессора кафедры германской и кельтской филологии МГУ 31 октября 2013 года в Москве на совместном заседании Исландского Клуба и Журфака МГУ.

Smirnitskaja OA 31-10-13

Дорогие друзья! Поздравляю вас всех – исландистов, читателей саг и романов Халлдора Лакснесса, и просто всех, кто любит Исландию, такую далекую от нас и такую нам близкую, с этим событием – днем установления дипломатических отношений между нашими странами. Удивительно и знаменательно, что событие это произошло в конце 1943 г. – за полгода до того, как Исландия была официально провозглашена независимым государством, 17 июня 1944 г., на Полях Тинга – Þingvellir.

С того времени существует в Москве посольство Исландии – в одном из красивейших мест Москвы, в Хлебном переулке, что рядом с Поварской улицей. И каждый год 17 июня в этот дом сходились, съезжались, чтобы поздравить сотрудников посольства и всех исландцев, люди, трудившиеся на исландском поприще и сами чувствующие себя немножко исландцами. Были тут и художник Орест Верейский, и величайший знаток скандинавского эпоса Елеазар Моисеевич Мелетинский, и основоположник исландистики в нашей стране Михаил Иванович Стеблин-Каменский (он каждый год специально приезжал в этот день из Ленинграда), и присутствующий здесь кинорежиссер Юрий Петрович Сальников (его фильм об Исландии, хотя бы не полностью, мы сегодня увидим), и многие другие. Люди, которых судьба связала с Исландией, сходились в исландском посольстве (Хлебный пер., 28) и по другим случаям, и торжественные речи неизменно переходили здесь в непринужденную и заинтересованную беседу, ибо, какими бы официальными ни были приемы, всякая официозность немыслима в этом гостеприимном доме, где стены украшены пейзажами замечательных исландских художников и где облеченный полномочиями хозяин со своей супругой одинаково радушны ко всем своим гостям.

Но как не сказать и о русском посольстве в Рейкьявике. В то самое время, когда исландским послом в России был Оулавюр Эгильссон, находивший время для посещения старой редакции «Эха Москвы» на Никольской улице и дававший интервью Алексею Венедиктову, в то самое время нашим послом в Исландии был выдающийся правозащитник и дипломат Юрий Александрович Решетов, создавший вместе со своей женой Ниной Николаевной Акимовой истинно русский дом в Рейкьявике. Юрий Александрович был послом, дипломатом, но он был и своим человеком в Исландии, знавшим ее язык, объездившим ее на автомобиле. Он беседовал, обсуждал самые животрепещущие вопросы с исландцами на страницах газеты Morgunbláðið и многих знал лично. В этот день я вспоминаю Юрия Александровича, сделавшего необычайно много для укрепления не только государственных, но и теплых, доверительных отношений между нашими странами. Я шлю слова благодарности и восхищения его супруге, Нине Николаевне Акимовой.

И здесь нужно сказать, что наше особое отношение к Исландии, чувство почти родства с этой, казалось бы, такой далекой от нас страной имеет давнюю и прочную основу. Вопреки ходячему названию Исландии, она никогда не была для русской культуры «отшельником Атлантики».

В древнеисландской литературе воплотились, стали явью наши представления о древней Скандинавии, с которой прочными и вместе с тем таинственными узами с незапамятных времен связана Россия, Русь. Исландские скальды нередко упоминали Гарды – Русь в своих висах, а некоторые из них и бывали на Руси.

Нет другой средневековой литературы, где бы прошлое так оживало в своей неопровержимой достоверности. Древнеисландские саги стирают временную дистанцию, мы, сами того не замечая, входим в мир саги и на всю жизнь знакомимся с людьми этого мира. И, смею сказать, он близок нам и потому тоже, что саги, как ни одна другая литература средневековья, сравнительно мало теряют в русском переводе. Наши языки, конечно, далеки друг от друга, но они соприродны: русский слог, русский синтаксис без усилия вторят слогу исландских саг (на что, конечно, есть лингвистическое объяснение).

И перейдя на близкую мне литературную стезю, как не вспомнить сегодня, что ровно сто лет назад готовилась к изданию в знаменитом издательстве братьев Сабашниковых «Старшая Эдда» в переводе с древнеисландского Софии Свириденко. Перевод этот стал событием в нашей литературной жизни. Он был отмечен Большой премией Императорской Академии Наук. Рецензенты писали, что академическая основательность сочетается в нем с поэтически чутким воссозданием самой атмосферы скандинавского мифа. Сам издатель, М.В. Сабашников, писал о том, что некоторые строки «Речей Высокого» стали для него пророческими.

И в самом деле. Свириденковская «Эдда» вышла в свет в 1917 г. Она стала последним большим изданием серии «Памятники мировой литературы». Вскоре издательство Сабашниковых перестало существовать.

Но в 30-е годы в другом знаменитом издательстве «Academia» была опубликована «Сага о Вёлсунгах» (в переводе Б.И. Ярхо), где эддический эпос пересказан в форме саги, а вслед за ней и «Сага о Фритьофе». Перевод этой последней вошел в приложение к стихотворной «Саги о Фритьофе» шведского романтика Э. Тегнера.

А ровно в те дни, когда наши страны стали сотрудничать на дипломатическом поприще, в блокадном Ленинграде, отрезанном от внешнего мира, задумывалась большая работа, докторская диссертация под названием «Поэзия скальдов» (сюжет по тем временам почти невероятный). Работе этой суждено было заложить основы истинно новаторского понимания древнеисландской литературы. Автором «Поэзии скальдов» был М.И. Стеблин-Каменский, выдающийся лингвист, посвятивший Исландии и исландскому языку свои лучшие книги.

Михаил Иванович, 110 лет со дня рождения которого мы отмечаем в этом году, стал для нас открывателем культуры Исландии в ее прошлом и настоящем. Он, в числе прочего, объяснил нам, почему исландцы – это единственный народ, свободно читающий свою древнюю литературу. И каким образом в этой маленькой стране могла возникнуть и по сей день создается великая литература. И как эта литература связана с национальным характером исландцев, их жизненным укладом и исторической судьбой.

Михаил Иванович много писал об Исландии. Но он, как никто другой, много сделал и для того, чтобы за два десятилетия возникла на русском языке целая библиотека древнеисландской литературы, в которой есть и обе «Эдды», Старшая (новое издание) и Младшая, и самые знаменитые саги, включая королевские саги «Круга Земного». И, разумеется, поэзия скальдов.

Конечно, в те же годы (и позже) переводились на русский язык и исландские поэты нового времени. Я говорю, прежде всего, о блистательных переводах Владимира Тихомирова. И Халльдора Лакснесса у нас знают и любят, и замечательно переводили. Масштабы посвященной ему конференции, проходившей в прошлом году, впечатляют. И как не порадоваться тому, что материалы этой конференции получили такое полное отражение в альманахе «Северные грани», подготовленном Еленой Феликсовной Овчаренко. А на филологическом факультете МГУ публикуется уже в течение 20 лет альманах по исторической поэтике – «Атлантика», многие статьи которого посвящены исландской литературе. И я рада сообщить вам, что как раз сейчас готовится к печати большое (больше тысячи страниц в рукописи) издание древнеисландских новелл, точнее же «прядей» (þættir) – в переводах и с примечаниями Елены Ароновны Гуревич.

Будучи филологом, я говорила в этом своем кратком выступлении прежде всего об исландской литературе (и совсем не касалась, в частности, тех общественных организаций в России и в Исландии, которые во многом содействуют укреплению наших отношений – на разных уровнях). Но мы знаем, что литература и жизнь нераздельны в Исландии, как, наверное, ни в одной другой стране мира. Ведь литература – это в большой степени источник той жизненной силы, которая в самые тяжкие времена позволила выстоять великому маленькому народу, живущему на острове Исландия.

Желаю нам всем как можно полнее, и всестороннее, и глубже узнать страну Исландия. Дипломатические отношения, установленные между нами 70 лет назад, этому в полной мере способствуют.